Фуга Мусоргского: миф или реальность?

22.12.2017


Музыкальная сенсация! Спешите прочитать и услышать!! Впервые вниманию музыкальной общественности будет предоставлена возможность услышать неизвестное сочинение: «Фуга фа-диез минор Модеста Петровича Мусоргского»!!! Уже через несколько минут вы сможете ее послушать и увидеть автограф ее автора. Но сперва – преамбула.

К работе по открытию этого шедевра меня подтолкнули два события:

–интервью с Брайаном Фернихоу, опубликованное 6 декабря 2017 на сайте colta.ru под заголовком «Возможно, эпоха современной музыки закончилась»;

–недавняя бурная четырехдневная дискуссия на Фейсбуке с участием полудюжины музыковедов, задетых моим шутливым комментарием к схеме построения «Избушки на курьих ножках» в статье Ю. Н. Холопова «Мусоргский как мастер музыкальной формы», в ходе которой я был обвинен в профессиональной некомпетентности и неуважении к аналитическому музыковедению.

Очень, конечно, жаль, что люди, осуждающие культ личности как общественно опасное явление, сами легко впадают в известный библейский грех. Любой, кто осмелится отозваться без должного благоговения о чем-то, что сказал или написал их кумир, получит «неуд» в зачетку будет заклеймен как «безграмотный гопник», покусившийся на устои государственного устройства музыковедческой науки.

Но я не хочу углубляться здесь в подробности эпизода со «схемой избушки»: честно признаюсь, что мой внезапный интерес к тому, что писал о Мусоргском Ю. Н. Холопов, был всего лишь следствием сильного впечатления, которое на меня произвело интервью с Фернихоу. Сейчас вы поймете почему. Процитирую небольшой фрагмент оттуда:

 «— А вообще для вас понятие «национальность» в современной музыке существует?

— Нет. Ну то есть да, конечно. У меня училась Елена Ганчикова, она однажды принесла фугу, а я не мог понять, почему это фуга. И она объяснила, что Римский-Корсаков и Мусоргский писали фуги не так, как Бах».

Придя в себя от первого шока, я подумал: ну ладно, наверное, следует простить незнание русской классической музыки и ее истории пожилому авангардисту, парящему в стратосфере «новой сложности» и «расширенной полифонии», где «различные аспекты музыки могут “полифонизировать” сами себя, реагируя тем или иным способом на преобладающий поток материала». Он принял на веру высказывание своей студентки, между прочим, выпускницы Московской консерватории, представившей дело так, будто Римский-Корсаков, который написал немало фуг, в основном, в порядке самообразования, не опирался на классические образцы, а полагался на русский авось. Хотя удостовериться в том, что это полнейшая глупость, было бы очень легко.

Но Мусоргский?! Как известно, он болезненно реагировал на поворот Римского-Корсакова к «академизму», к тому, что он считал изменой идеалам «Могучей кучки». Так неужели Модест Петрович тайком пописывал фуги? И откуда у госпожи Ганчиковой такие сведения? Вот что заинтриговало меня больше всего.

Конечно, нельзя было исключить оговорку или неточность перевода. Но появившийся под интервью короткий комментарий самой Елены Ганчиковой – «Спасибо!» развеял все сомнения. Тем более что я смутно помнил ее статью о «Хованщине», содержавшую отсылки к тому, что писал о Мусоргском ее «учитель, великий музыкальный теоретик Юрий Николаевич Холопов».

Скажу сразу: я, конечно, далек от мысли, что где-нибудь на свете может существовать человек, получивший сведения о фугах Мусоргского от Ю. Н. Холопова. Это просто исключено.

Но вот что меня насторожило. Интервью с Фернихоу в «Кольте» прочитали очень многие. Среди одобривших этот текст и поделившихся ссылкой на него на Фейсбуке я увидел немало бывших выпускников МГК, в том числе ставших преподавателями теоретических дисциплин в вузах. Но ни у кого – ни у одного из них! – этот поразительный абзац, вдобавок выделенный на странице «Кольты» крупным шрифтом, не вызвал протеста. Неужели он никому не резанул глаза? Мне резанул, и еще как! Почти так же, как заголовок статьи Ю. Н. Холопова «Мусоргский как мастер музыкальной формы». Ведь я-то всегда считал (солидаризируясь в этом мнении с Римским-Корсаковым, Стравинским и Асафьевым), что форма – слабое место Мусоргского, а гениальная музыка, выходившая из-под его пера, рождалась не благодаря профессиональному мастерству композитора, а вопреки его отсутствию. Мастер – это мастер, а гений есть гений, и эти качества, к сожалению, не всегда совпадают в одном человеке.

Я думал, что это очевидно всем, особенно, когда речь идет о творчестве Мусоргского. Но, как выяснилось, я заблуждался. Мало того, в пылу фейсбучной полемики с уважаемыми теоретиками, причисляющими себя к школе Холопова, у меня сложилось впечатление – несомненно, ошибочное, но вот беда: я никак не могу от него отделаться – что некоторые из них даже не были уверены в отсутствии у Мусоргского фуг. Это следовало из их уклончивых ответов на мои прямо поставленные вопросы и упорных попыток перевести разговор на отвлеченные темы. Никто не сказал прямо и без экивоков:

У Мусоргского нет фуг! Нету – и все!

Я так ждал от своих собеседниц этих простых и очевидных слов! Но не дождался: видимо, борьба с моим правом шутить над тем, что мне кажется забавным, и не соглашаться с мнением признанного авторитета, если я абсолютно убежден в ошибочности его позиции (что, кстати, никак не означает принципиального неуважения к этому авторитету), казалась им намного более важным и неотложным делом.

В результате я осознал, что окончательно погиб во мнении академических кругов. Надо было срочно что-то с этим делать! Покаяться? Не простят. Тем более что это люди, полагающие, что сонату можно сочинить по схеме и что способность человека пользоваться контрапунктической техникой есть свидетельство его выдающегося интеллекта (точка зрения, как видно, зафиксировавшаяся у некоторых еще с консерваторских времен, когда студенты-композиторы писали фуги для девочек-музыковедов – зарабатывали на бутылку).

Но сегодня, я надеюсь, моя профессиональная репутация будет восстановлена. Я готов подтвердить: что бы там ни утверждали жалкие клеветники, Мусоргский – истинный мастер музыкальной формы. И у него есть даже… «Фуга»! Двойная!! Причем истинно-русская, принципиально отличающаяся от фуг Баха, Мендельсона и Гершвина.

Как, вы не знаете фуг Гершвина? Дайте мне три часа – и я вас познакомлю с какой-нибудь из них. Во всяком случае, на то чтобы представить сообществу музыкальных экспертов никому доселе не известную «Фугу фа-диез минор Мусоргского», мне потребовалось именно столько времени. Где я ее раздобыл? А вот это мой секрет. Места знать надо…

Единственное, что меня смущает, это вопрос: появилась ли эта «Фуга» в ходе подготовки Мусоргского к началу работы над оперой «Борис Годунов», или же она написана на материале этой оперы и является одновременно провозвестником появления «Сорочинской ярмарки» и «Картинок с выставки»? Лично я склоняюсь ко второму варианту. Но окончательный вердикт за уважаемыми теоретиками.


Комментарии

valery syrov 23.12.2017

Фуга на тему Пролога "Бориса"? Неужели это Мусоргский сочинил? Невероятно!!!

Ваш комментарий

(будет виден только администрации сайта, можно не указывать)